May 25th, 2015

АКВАРЕЛЬНЫЕ КАРТИНЫ ХУДОЖНИКА ДЖО ФРЭНСИСА

Автор - corrvik. Это цитата этого сообщения
Гиперреалистичные акварельные картины художника Джо Фрэнсиса

Гиперреалистичные акварельные картины рисует английский художник Джо Фрэнсис Доуден и, по его мнению, это может делать каждый человек. Будущие пейзажи для своих картин художник находит, гуляя в лесу. Примечательно, что художник не пользуется учебниками по акварели и их давно выбросил. Теперь Джо говорит, что настоящее вдохновение он получает от общения с природой. Вот в этом и состоит секрет его творчества. 

акварельные картины (600x399, 126Kb)

Collapse )

ОСКАР УАЙЛЬД И ЕГО КНИГА "ТЮРЕМНАЯ ИСПОВЕДЬ"

 

Книжный Клуб Сплетниц

Вы готовы разобраться в хитросплетениях судеб двух необычных людей? А окунуться в нравы Викторианской Англии? Тогда приглашаем Вас на наш Вечер. Сегодня мы обсуждаем книгу Оскара Уайльда "De profundis". 

Совершенно невозможно вести этот разговор без того, чтобы окунуться в это время и в саму историю отношений Оскара Уайльда и Альфреда Дугласа. Поэтому начну с небольшой исторической справки, а потом уже перейдем к немногочисленным отзывам. 

Викторианская мораль - это уже устоявшееся выражение, под которым подразумевается "набор ценностей, основывающихся на строгом кодексе поведения, нетерпимости к его нарушениям и преступлениям; сексуальных ограничениях и сильной этике".  Все очень строго, любые проявления сексуальности подавляются, любое расхождение с нормой вызывает неприятие общества. Семья воспринимается, в первую очередь, как духовный союз женщины и мужчины, в котором строго поделены обязанности. Среди аристократии приветствуется подчеркнутая ассексуальность.

Но почему же тогда и по сегодняшний день слово «Victorian» является синонимом для понятий «ханжеский» и«лицемерный»? Секрет прост. Именно в те годы начал существовать и легально закрепился общественный договор, который позволял мужчинам вести весьма свободный (и даже развратный) образ жизни, при условии соблюдения им внешних форм приличия. Бордели (с работницами и работниками), вторые семьи, близкородственные связи, гомосексуальные отношения - пожалуйста, но только, чтобы это не выходило за пределы узкого круга. 

Как относилось общество к гомосексуалам? Так же двойственно. С одной стороны до 1861 существует закон, в котором мера наказания за подобные отношения - смертная казнь. После 61 года и до 85 года законодательство предлагает карать от десяти лет до пожизненного заключения. И лишь к 1885 году принимается поправка в которой говорится: "Любая особа мужского пола, которая, на публике или приватно, совершает, или договорилась совершить, или обеспечивает, или пытается обеспечить совершение с какой-либо особой мужского пола любого акта грубой непристойности, будет виновна в преступлении, и, будучи осуждена за него, должна быть подвергнута по усмотрению суда тюремному заключению на срок, не превышающий два года, с назначением или без исправительных работ." Именно по этой поправке и будет осужден наш герой (он же автор книги) Оскар Уайльд.

Но как соблюдался этот закон на практике? Никак. Гомосексуальные отношения были крайне распространены в закрытых  школах-интернатах, где обучались дети аристократии. Были открыты "клубы", где представители света могли познакомиться с юношами, готовыми к близкому общению. Это считалось вполне доступным развлечением, но главное придерживаться правил внешнего приличия.

Именно в такое время и встретились наши герои. Про Оскара Уайльда я подробно рассказывать не буду - думаю он личность более чем известная. А про Альфреда Дугласа (точнее про его семью) немного расскажу. Collapse )

ИОСИФ БРОДСКИЙ. ПЕЧАЛЬНАЯ ЗВЕЗДА

 

300 430
wikipedia.org 
Будучи наездами в Питере, я ещё застал пожилую маленькую женщину, всю жизнь служившую товароведом в знаменитом "зингеровском" Доме книги на канале Грибоедова, которая знала Бродского.

Она называла его Йосей. А он слал ей на дни рождения поздравительные открытки. Это были открытки своему прошлому, в знаменитый Дом Мурузи на улице Пестеля, на Васильевский остров, куда так и не вернулся умирать.


Не вернулся не потому, что до конца не доиграл миф, а, видимо, потому что:

Вот и прожили мы больше половины.
Как сказал мне старый раб возле таверны —
Мы, оглядываясь, видим лишь руины!
Взгляд, конечно, очень варварский, но верный…

Он попытался доиграть питерский миф в Венеции. Ведь в Ленинграде, бросив школу, он пошёл учеником фрезеровщика на завод "Арсенал", видимо, тогда ещё не догадываясь, что спустя 40 лет его любимым местом прогулки станет Арсенал в Тишайшей.

И даже женился поэт на итальянке. Мария Соццани — почти синоним Марины Басмановой. Ей — М.Б. — посвящено такое количество стихов, что, наверное, вряд ли кто в ближайшее время покусится на этот рекорд:

Ниоткуда с любовью, надцатого мартобря,
дорогой, уважаемый, милая, но неважно
даже кто, ибо чёрт лица, говоря
откровенно, не вспомнить, уже не ваш…

И от этой любви, наверное, Бродский не исцелился до конца дней своих. Тем более, что Марина ушла к другому, поэту Дмитрию Бобышеву. И, что хуже, поэту более слабому, но не менее амбициозному. Бобышев увёл у Бродского женщину, но женился на другой. Но сперва два поэта чуть было не схлестнулись в смертельной схватке на топорах. Победила "дружба"! Это почти легенда, потому что "ярость благородная" закончилась ничьей, но зато породила массу свидетелей, воспоминаний.

Бродский вернул Бобышеву "должок" спустя несколько лет, но уже в Америке, куда Дмитрий Васильевич уехал, полагая, что Нобелевская премия ожидает именно его, а не Бродского.


Хуже того, он уверил в этом и свою супругу. А когда одним прекрасным утром по радио объявили лауреата, вторая половина Дмитрия Бобышева очень удивилась этому неожиданному обстоятельству, спросив: "А что, Дима, разве не ты должен быть Нобелевским лауреатом?" После этого злополучного вопроса, оставшегося, видимо, без ответа, они и развелись.

630 300
wikipedia.org 
Collapse )

ПРЕКРАСНАЯ ЭПОХА. ЕВРОПА ПЕРЕД ПЕРВОЙ МИРОВОЙ ВОЙНОЙ

 

340 340
© iStock 
У нас в России был Серебряный век, а в Европе — Прекрасная эпоха рубежа XIX и XX столетий. Эпоха, продлившаяся от блаженных лет Викторианской Англии до заката Австро-Венгерской империи, от расцвета французской Третьей республики до начала Первой Мировой войны, от воздвижения Эйфелевой башни до гибели "Титаника". Эпоха великих свершений и стремительных прорывов в промышленности, науке и культуре. Эпоха вольнодумства, прокламаций и манифестаций. Эпоха изысканных пороков, приглушённых тонов и блуждающих взглядов, затуманенных алкоголем и морфием.

Под столицами европейских государств пролегли рельсы метрополитена. Был изобретён двигатель внутреннего сгорания и по дорогам помчались первые "самодвижущиеся экипажи" — автомобили. В небо взмыли первые аэропланы. По проводам побежал первый электрический ток. Застрекотал первый телеграф, зазвонил первый телефон, зазвучал первый граммофон, на улицах и в домах загорелись первые "чудо-свечи". Нефть перестала быть лишь грязной жижей.

Всё вокруг кипело, гудело, бурлило, дымилось, плавилось, взрывалось, исследовалось, изобреталось, внедрялось, строилось, завоёвывалось. Каждый день газеты сообщали о каком-нибудь сенсационном открытии, которое обязательно перевернёт мир и изменит жизнь к лучшему.

В развитых странах царил культ науки и техники, прогресса и процветания, неограниченных возможностей человека просвещённого властвовать над природой и… над другими людьми, отсталыми и не способными на самостоятельную деятельность. Фридрих Ницше рассуждал о могучем Сверхчеловеке и о воле к абсолютной истине. Редьярд Киплинг, автор детских сказок про Маугли и Рикки-Тикки-Тави, воспевал британский империализм как высшую форму государственного устройства, несущую благо всем прочим варварским народам. Сэр Артур Конан Дойл вывел идеального героя того времени — человека-машину Шерлока Холмса, обладателя блестящего аналитического ума, при этом начисто лишённого эмоций.

Плодившиеся с неимоверной быстротой марксисты ратовали за свержение узурпаторских режимов и установление диктатуры пролетариата. И в то же время простой варшавский врач Людвиг Заменгоф придумал искусственный язык Эсперанто, что означает "Надеющийся" — доктор-гуманист мечтал, что его детище позволит объединиться всем людям мира, независимо от их национальности, вероисповедания и сословной принадлежности.

Другой врач, австрийский психиатр Зигмунд Фрейд основал теорию психоанализа и доказал, что в основе всех наших поступков лежит желание занять более высокую ступень в социальной иерархии, а также неудовлетворённое либидо. Впервые в европейской научно-популярной литературе и публицистике стало употребляться слово "секс".

630 300
© iStock 


Наука смыкалась с искусством, а искусство становилось всё более утилитарным. Стиль модерн хоть и не терпел однообразных фактур и прямых линий, якобы тяготея к естественности, но охотно брал на вооружение все технические инновации. Богом поцелованный архитектор Гауди прекрасно разбирался в инженерном деле и изобрёл уникальную систему безопорных перекрытий. Гауди слыл и умелым прикладником — проектировал мебель, хозяйственные постройки и сельские ограды. Выдающиеся живописцы Альфонс Муха и Густав Климт не гнушались декорировать жилые здания и рисовать рекламные плакаты.

Получила повсеместное распространение фотография. К запечатлённому на века отображению реальности люди в ту пору относились крайне серьёзно. В английских домах даже существовал жутковатый обычай — если в семье умирал младенец, вся родня отправлялась фотографироваться. При этом мать держала на руках мёртвого ребёнка, облачённого в нарядное выходное платьице.Collapse )

ТЫСЯЧА И ОДНА НОЧЬ МАХМУДА ФАРШЧИЯНА

 

Тысяча и одна ночь Махмуда Фаршчияна

Иранский художник Махмуд Фаршчиян (Mahmoud Farshchian ) создает удивительные фантасмагорические сюжеты с яркими красками, птицами, цветами и красивыми людьми, перенося зрителей в мусульманский мир мудрецов, прекраснооких восточных красавиц, алхимии, секретных формул и тысячи сказок.

 

Тысяча и одна ночь Махмуда Фаршчияна

Тысяча и одна ночь Махмуда Фаршчияна

Тысяча и одна ночь Махмуда Фаршчияна

Тысяча и одна ночь Махмуда Фаршчияна

Тысяча и одна ночь Махмуда Фаршчияна

Тысяча и одна ночь Махмуда Фаршчияна

Тысяча и одна ночь Махмуда Фаршчияна

Тысяча и одна ночь Махмуда Фаршчияна

Тысяча и одна ночь Махмуда Фаршчияна

Тысяча и одна ночь Махмуда Фаршчияна

Тысяча и одна ночь Махмуда Фаршчияна

Тысяча и одна ночь Махмуда Фаршчияна

Тысяча и одна ночь Махмуда Фаршчияна

Тысяча и одна ночь Махмуда Фаршчияна

Тысяча и одна ночь Махмуда Фаршчияна

Тысяча и одна ночь Махмуда ФаршчиянаCollapse )

ИСТОРИЯ ГЕНИАЛЬНОГО, НО НЕВЕЗУЧЕГО ХУДОЖНИКА САВРАСОВА

Автор - igorinna. Это цитата этого сообщения
История гениального, но невезучего художника Саврасова

Под конец жизни художник, получивший в 24 года звание академика, торговал своими рисунками на развалах. Авторские копии «Грачей» шли по трёшке за штуку.
 
 
185 лет назад 24 мая в семье небогатого купца родился сын. Он очень хотел стать художником, но отец был против и в воспитательных целях запирал его на чердаке. Но сын добился своего и стал пейзажистом. Потом спился и умер, успев сотворить шедевр - картину «Грачи прилетели». Имя его - Алексей Саврасов.
 
 
 
 
Collapse )

КОЕ-ЧТО О СИНХРОННОМ ПЛАВАНИИ

Автор - Ваныч. Это цитата этого сообщения
Кое-что о синхронном плавании.

Барды превратили пение в смертный грех. Популярные у нормальных людей секс и обжорство далеко не так губительны. Барды постоянно что-то мычат. В магазине, за обедом, на чужом концерте, в бассейне или в Красном море, убегая от акулы по волнам, всё тянут какую-то неустойчивую ноту. Они прижимаются пузиком и лезут губами в ухо. Иногда их хочется поджечь во имя святой церкви. Но ни один бард не погиб ещё за свои убеждения. Навредить им невозможно, настолько они мирные.

Бард Екатерина предавалась многоголосому пению в составе трио. Муж Екатерины устал от поздних её возвращений, взял нож и стал гоняться. В тот памятный вечер Екатерина сохранила и филей, и шейный свой карбонад, и окорочок. Она была ловким бардом. Лишь на ноге остался маленький надрез, расплата за легкомысленный прыжок через вооружённого мужа. Пережив ряд чудных мгновений, Екатерина заперлась в ванной.
- Какое прелюбодеяние, это же Визбор! – кричала она.

Хоровое пение и правда заменяет многим секс. Но юридически это разные процессы. Муж немножко подумал об этом и сказал "ну хорошо же". И поехал в клуб проверять репертуар. Екатерина предупредила товарищей по телефону. Многие побежали домой, выключать утюги. Оставшиеся расселись ближе к выходу, пожарному гидранту, каминной кочерге и другим средствам самообороны. Мужа Екатерины в лицо никто не знал. По этому признаку его и вычислили. Кто никому не знаком, тот и муж, это ясно. На единственного в зале чужака оборачивались. Удивлялись: такой приличный – и убийца.

Начался концерт. Выступающие пели в основном про лес и горы. Упоминаний любви, режущих, колющих предметов старались избегать. Когда муж улыбался - все улыбались. Когда хмурился – мысленно просчитывали возможность прыгнуть в окно. Одна лишь бард Вера Орлова, вопреки научным фильмам о гориллах, смотрела со сцены незнакомцу прямо в глаза. И он улыбался ей в ответ.
Концерт длился час. Потом вышла хозяйка с самоваром. Кто-то принёс вино и хлеб, сыр и бананы. Мужа пригласили к столу, осторожно спросили, как вечер. Он поблагодарил и посмотрел на Веру. Она села ближе. Общее напряжение спало.
И тут входит ещё один незнакомый мужчина. По неуловимым деталям, по нависшим бровям, по волосатым рукам, держащим топор, барды догадались – он и есть настоящий муж. И никаких надежд что это простой маньяк с топором, а ещё лучше грабитель. Сюда посторонние заходят лишь по ошибке и сразу хотят выйти. А этот ввалился уверенно, зная куда и зачем. Вера Орлова мгновенно развернулась. Её тянуло к опасным типам, даже когда мир не нуждался в спасении. Как бы не замечая топора, она подошла близко и спросила – вы поэт? Человек с топором смутился. Сказал что стихов не пишет. Но в юности играл на гитаре, не очень хорошо. Вера потребовала отбросить скромность. Тут все очень любят музыку и скучают по новым именам – сказала она и строго посмотрела на поэтов. Те горячо закивали. После череды кокетливых отговорок незнакомец отложил топор, вышел к микрофону и запел песню Наутилус Помпилиуса "Если я заменю батарейки". Вызывающее пренебрежение к гармонии и избыточное увлечение пятой струной не испортили впечатления. Зал потрясённо шептал "браво", "он пронзил меня" и "откуда в нашей глуши такой алмаз".
Этого нового мужа тоже посадили за стол, опять пили чай, пели хором, потом танцевали Бесаме Мучу и другие современные хиты. Веру приглашали и липовый муж, и настоящий, её волосы развевались и юбка кружилась.

Бард Екатерина, меж тем, ждала вестей о людских потерях. Ждала, ждала, пока не дождалась. И тогда она тоже поехала в клуб. А там эта дрянь Орлова - ни голоса, ни артистизма – пляшет с мужиками. Екатерина выхватила из хоровода незнакомца № 1, без топора, и стала отчитывать. Он-де выпил бочку Екатерининой крови и сломал несколько комплектов крыльев. Второй незнакомец, с топором, всё-таки маньяк, подумали поэты и стали собираться. Тут снова вышла хозяйка салона, забрала топор, сказала:
– Спасибо, Серёжа, потом ещё ножи поточишь.
И всё. Никто ни с кем в тот вечер не подрался, никто ни с кем не переспал. Хотите настоящего порока, идите в синхронное плавание. Один тренер рассказывал, там в душевых кабинках сплошной Тинто Брасс творится. Это связано с избытком гигиены, видимо. Поэты моются реже и это их спасает.

Оригинал записи и комментарии на LiveInternet.ru